Следы пребывания турок

Если походить по этому городу, то увидишь здесь и следы пребывания турок. Ими выстроены несколько дворцов (к сожалению, почти не сохранившихся) и две мечети (Сиди Паша, Сиди аль-Хуари), причем по крайней мере одна из них — на деньги, полученные от выкупа за захваченных корсарами европейцев и по случаю изгнания испанцев из Орана (кстати, вряд ли это бы произошло, если бы не землетрясение 1791 года, почти полностью разрушившее город и унесшее жизни тысяч его обитателей). Что же касается облика современных кварталов Орана, то они очень напоминают Южную Европу с ее умеренным вторжением модерна в архитектуру XIX в., но с чисто средиземноморской любовью к ярким краскам и светлым тонам.

В 1983 г. по сравнению с прежними посещениями Орана город показался мне более многолюдным и тесным. Теперь здесь уже почти не попадаются европейские лица, весьма многочисленные, скажем, в 1963 г. Зато стало намного больше машин, автобусов, мотоциклов и мотороллеров, главным образом западногерманских и японских марок. Тихий и спокойный ранее, сохранявший какое-то подобие «очарования французской провинции», как писали некоторые путешественники, Оран стал шумным, загазованным и, конечно, перенаселенным.

На главной площади 1 Ноября, там, где расположены мэрия, театр (именуемый здесь «Опера», которой на самом деле нет) и памятник эмиру Абд аль-Кадиру, полно людей. И на прилегающих улицах и переулках, па лестницах и спусках, связывающих некоторые из них, очень много народу. Приглядевшись, замечаю: по преимуществу это молодежь, которой явно нечего делать и некуда спешить. Молодые, здоровые парни стоят кучками, что-то обсуждая, сидят или полулежат на газоне, на лестницах мэрии и театра, лениво наблюдают за уличным движением и особенно за проходящими девушками. В соответствии с южной традицией каждый старается выбрать позу понебрежнее, облокотившись на перила, на парапет, на ступеньку лестницы или ограду памятника. Все они либо старшеклассники, пропускающие занятия, либо абитуриенты, не попавшие в университет и дожидающиеся призыва в армию, либо просто безработные. Через пять лет, в конце 1988 г., будут опубликованы данные о том, что безработица в Алжире охватывает 22 процента всего трудоспособного населения, в том числе половину молодежи в возрасте 20—24 лет. В 1983 г. положение было лучше. Но и тогда уже проблема роста безработицы среди молодежи была достаточно серьезной.