Стена Алауитов
Недалеко от высокой коричневато-оранжевой стены Алауитов (ныне правящей династии, начавшей укреплять город в XVIII в.) туристам показывают развалины древнеримской колонии Салы, которая была когда-то самым западным портом Мавретании Тинги-танской — одной из трех африканских провинций Рима. Археологи нашли здесь следы еще более раннего финикийского поселения. Всего обнаружено более 300 захоронений финикийцев и римлян. Над развалинами римских укреплений, термов и арок династией Мери-пидов в XIII—XIV вв. выстроена массивная крепость с мечетью Абу аль-Хасана, самого могучего из Ме-ринидов. Его называют «черным султаном» (его мать была эфиопка). Но в народе так же называют другого султана — Мулая Якуба, давно ставшего легендарным персонажем фольклора, повелителем духов и покровителем продавцов воды. Именно поэтому у руин крепости всегда суетятся представители этой типично марокканской профессии, которых издали можно узнать по характерному звону кружек, колокольчиков на экзотическом одеянии багрового цвета и бубенчиков на широкополой соломенной шляпе. Обычно они рассказывают посетителям про Мулая Якуба, а также про могилу Лаллы Шеллы, дочери Абу аль-Хасана, чьим именем теперь и названа крепость. На самом же деле это могила матери Лаллы Шеллы, которая, по слухам, была христианкой, позднее принявшей ислам.
Не только крепость напоминает о славном прошлом Рабата. В XII в. халиф Абд аль-Мумин из династии Альмохадов заложил в Рабате касбу. Заселенная вскоре андалусскими эмигрантами из городка Орначо («орначерос»), цитадель стала оплотом антисултанских выступлений. Чтобы пресечь это, султаны расселили здесь нанятое ими на военную службу племя удайя, в связи с чем цитадель и стала называться «касба удайя». Расположенная в самом высоком месте Рабата, она и сейчас грозно нависает над ним своими мощными стенами и башнями. Но и от прежних хозяев тут осталось кое-что: чудесный андалус-ский сад с фонтаном, обилие цветов, мавританское кафе с великолепным видом на океан, на устье реки Бу-Регрег и город Сале на другом ее берегу. Об андалусских эмигрантах, почти поголовно ставших корсарами с целью отомстить испанцам, напоминает и возвышающаяся над касбой Пиратская башня.